Vaib.uz (новости Узбекистана. 24 февраля). Вчера президент провёл совещание по развитию энергосистемы. Чиновники озвучили ему ряд инициатив для повышения эффективности работы отрасли. Среди них – проработка вопроса создания инфраструктуры хранения сжиженного газа для обеспечения устойчивой работы тепловых электростанций в осенне-зимний период.
Фактически речь идёт о попытке решить старую и хорошо знакомую проблему – хроническую нехватку газа в пиковые периоды холодов. Каждый год при резком росте потребления давление в газопроводах падает, объёмы поставок сокращаются, и власти вынуждены идти на непопулярные меры: ограничивать работу газовых заправок и перераспределять ресурс в пользу отопления и выработки электроэнергии. Система балансирует на грани.
Создание хранилищ сжиженного газа при электростанциях – это, в целом, логичный и технически обоснованный шаг. В мире такая практика применяется для повышения энергетической безопасности и сглаживания пиковых нагрузок.
Суть проста: в периоды относительного профицита газа или более низкого спроса топливо закупается и закачивается в хранилища в сжиженном виде. При наступлении холодов и росте нагрузки электростанции могут использовать накопленные резервы, не полагаясь исключительно на текущее давление в магистральных газопроводах.
Инфраструктура хранения сжиженного природного газа активно применяется в странах с выраженной сезонностью потребления: в Южной Корее и Японии, в странах ЕС и в Китае. В этих случаях хранилища работают как буфер – они не заменяют полностью трубопроводный газ, но позволяют пережить критические недели.
Преимущества такого подхода очевидны. Во-первых, это повышение устойчивости энергосистемы. Электростанция получает локальный резерв топлива, что снижает зависимость от колебаний давления в сети.
Во-вторых, появляется возможность гибко управлять нагрузкой. При резком похолодании можно быстро увеличить подачу топлива без масштабного перераспределения по всей стране.
В-третьих, это снижение необходимости «гасить» одни сегменты ради других – например, отключать автогазовые заправки или ограничивать подачу промышленности.
В-четвёртых, это элемент стратегического запаса. В условиях нестабильных поставок или внешних рисков наличие резервов становится фактором национальной безопасности.
Но есть и нюансы. Создание инфраструктуры хранения сжиженного газа – проект капиталоёмкий. Необходимо строить криогенные резервуары, системы регазификации, обеспечивать безопасность хранения и транспортировки. Это миллиарды инвестиций.
Кроме того, нужно чётко понимать, какой именно газ планируется хранить – сжиженный природный (СПГ) или сжиженный углеводородный (пропан-бутан). Тепловые электростанции, как правило, работают на природном газе, а значит речь, скорее всего, идёт о СПГ, что требует более сложной и дорогой инфраструктуры.
Ещё один вопрос – экономика. Если внутренние поставки газа нестабильны, откуда будет формироваться запас? Из внутреннего профицита в тёплый сезон или за счёт импорта? От этого зависит конечная стоимость электроэнергии.
В целом с технической точки зрения инициатива выглядит адекватной и соответствует мировой практике. Это попытка перейти от «ручного управления» в кризис к системному резервированию.
Однако эффективность решения будет зависеть от деталей: объёмов хранилищ, источников газа, прозрачности инвестиций и общей стратегии модернизации энергосистемы. Если проект станет частью комплексной реформы – с модернизацией сетей, повышением энергоэффективности и развитием альтернативной генерации – он действительно может снизить зимние риски.
Если же ограничиться лишь строительством резервуаров без структурных изменений, проблема может лишь временно сгладиться, но не исчезнуть окончательно.