Но альтернатива все же есть – в городе недавно появился первый профессиональный пет-сервис Urban Paws. Проект предлагает не только передержку и услуги зооняни, но и круглосуточный ветеринарный контроль, а также ежедневные фото- и видеоотчеты для владельцев. Животных здесь не держат в клетках – в отсутствие хозяев они остаются в условиях, максимально приближенных к домашним, что помогает свести стресс к минимуму.

Журналист Vaib.uz встретился с создательницей проекта и узнал, как работает новый сервис и почему он может изменить рынок услуг для владельцев питомцев в Узбекистане.

Его основательница Надежда Герасименко называет проект первой в Узбекистане попыткой создать системный сервис домашней передержки и зооняни.

Идея выросла из личной проблемы, с которой сталкиваются многие владельцы питомцев: куда их деть на время поездки. У самой Надежды дома живут кот и щенок. Когда она начала искать варианты передержки, выяснилось, что в Ташкенте подобные услуги в основном оказывают частные люди без прозрачных правил и гарантий.

Переломным моментом стал пост в Threads, где хозяйка животного спрашивала, где можно в столице оставить питомца. В комментариях пользователи отмечали частников и писали, что в городе давно нужен полноценный сервис.

«Я начала смотреть OLX и соцсети и поняла, что системного решения у нас нет. Есть зоогостиницы или частные объявления, но сервиса, где все организовано и понятно, просто не существует», – рассказывает Надежда.

Идея не отпускала ее. После этого она начала изучать опыт других стран. В России, Казахстане и Беларуси подобные сервисы уже работают и развиваются как отдельный рынок. В некоторых городах их несколько.

В США и Европе уже давно работают платформы, которые позволяют найти зооняню, выгульщика или передержку так же легко, как вызвать такси. Пользователи бронируют услуги через приложения, получают фото- и видеоотчеты, а иногда даже отслеживают прогулки питомца через GPS.

В странах СНГ этот рынок начал активно формироваться только в последние годы. Спрос на такие услуги растет вместе с количеством домашних питомцев. Для Ташкента подобные проекты – новая ниша.

Urban Paws запустился 18 февраля. Его принцип – индивидуальная домашняя передержка. Питомцев не размещают в клетках и не держат вместе с большим количеством животных. Каждый ситтер (человек, который смотрит за животным) берет одного (максиму двух питомцев), чтобы уделять им достаточно внимания.

Набор команды ситтеров проходил в несколько этапов. Сначала кандидаты заполняли анкеты – откликнулось около 250 человек. После отбора осталось 30, затем последовали телефонные интервью, личные встречи и консультации с кинологом. Сейчас пять ситтеров работают на постоянной основе, остальные находятся в базе.

Большинство из них – женщины в возрасте от 20 до 50 лет: студентки, домохозяйки и фрилансеры. Некоторые берут заказы на выгул как подработку, другие занимаются передержкой. По словам основательницы проекта, один из ситтеров уже заработал на выгулах около 1,5 млн сумов, а те, кто берет животных на передержку, могут получать от 2 до 7 млн сумов в месяц.

Все взаимодействия в Urban Paws строго регламентированы, чтобы защитить и владельцев животных, и ситтеров. Между компанией и ситтером подписывается гражданско-правовой договор, где прописаны условия работы, обязанности и ответственность сторон. Аналогичный договор на оказание услуг заключается и между владельцем питомца и Urban Paws.

Ситтеры работают официально, как самозанятые, а правила безопасности строго соблюдаются: например, собаку нельзя отпускать с поводка, чтобы исключить любые риски. Корм предоставляют сами хозяева, чтобы животное питалось, как привыкло. Такие меры создают прозрачную систему и позволяют владельцам доверять сервису даже самых ценных питомцев.

Важно также отметить, что у владельцев есть возможность выбрать ситтера. Для начала вам вышлют список и резюме ситтеров, затем вы сможете с ними лично пообщаться.

Перед началом работы обязательно проходит офлайн-встреча владельца, питомца и ситтера. На ней оценивают поведение животного и уровень социализации. Агрессивных животных сервис не принимает.

Каждый заказ сопровождается ежедневными фото- и видеоотчетами. Для владельца создается отдельный чат в Telegram, куда ситтер отправляет информацию о том, как проходит день питомца. Если возникает проблема – например, животное получает небольшую травму – об этом сразу сообщают хозяину и ветеринару.

Проект также сотрудничает с ветеринарной клиникой «Пульс», которая при необходимости консультирует ситтеров. Клиника оказывает услуги клиентам сервиса круглосуточно, кроме того, есть услуга вызова ветеринара на дом.

По словам Надежды Герасименко, интерес к сервису появился почти сразу после запуска. Уже на второй день после запуска рекламы в соцсетях поступили первые заказы. За первую неделю проект получил 10 заказов, а на момент встречи с журналистом их было уже 15. До конца марта уже все расписано и сейчас уже идет запись на апрель-май.

Стоимость услуг по передержке начинается примерно от 200 тысяч сумов в сутки. Для сравнения, в некоторых зоогостиницах Ташкента цена может составлять около 15 долларов, однако там животные часто содержатся в вольерах и гуляют вместе с другими собаками.

Сам запуск проекта оказался относительно недорогим. По словам основательницы, вложения в бизнес окупились уже в первую неделю.

Urban Paws пока работает в формате домашней передержки, но создательница проекта планирует расширять экосистему услуг. Среди идей – груминг, продажа аксессуаров для животных, сотрудничество с зоотакси, а также создание собственного сайта и мобильного приложения. А совсем скоро сервис запустит продажу GPS–трекеров для питомцев, благодаря которым будет легко отследить собаку или кошку в случае, если они убегут. И такой механизм нужен не только во время передержки, а в обычные дни для хозяев питомцев.

«Когда я начала искать поставщиков трекеров, для меня важными вопросами стали качество и относительно недорогая цена. Хочется, чтобы GPS начали использовать как можно больше хозяев домашних животных», – отметила предпринимательница.

Надежда Герасименко учится в Московском финансовом университете по направлению рекламы. Она успела поработать в международных проектах, а теперь решила развивать свой бизнес.

По ее словам, рынок подобных услуг в Ташкенте только формируется.

«Сейчас люди еще осторожно относятся к таким сервисам. Но запрос уже есть. Думаю, через год-два рынок будет намного больше», – говорит она.

Для быстрорастущего Ташкента вопрос ухода за домашними животными постепенно становится частью городской инфраструктуры. И проекты вроде Urban Paws показывают, как новые сервисы появляются на стыке повседневных проблем горожан и предпринимательских идей.

Сервисы ухода за животными постепенно станут не роскошью, а частью городской жизни, так же, как когда-то появились службы доставки, такси или аренды жилья. И возможно, через несколько лет вопрос «с кем оставить питомца на время поездки» в Ташкенте будет решаться так же просто, как сегодня вызвать такси через приложение.

Сообщение С кем оставить кота или собаку? В Ташкенте появился первый сервис зоонянь появились сначала на Vaib.uz.

Ясмина и скорость

Картинг появился в жизни Ясмины Эгамбердиевой, когда ей было шесть лет. История, на первый взгляд, вполне обычная: папа был увлечён этим видом спорта и привёл дочь вместе с братьями и сёстрами на прокатный картинг в Намангане. Детям картинг не очень зашёл. У Ясмины тоже не возникло мгновенного ощущения, что это «её».

Для отца картинг был частью детства и юности. В школьные годы он занимался в системе ДОСААФ, попал туда за компанию с друзьями.

«Когда я родилась, папа стал заниматься картингом профессионально. Из всех детей, которых папа когда-то привёл на картинг, в спорте осталась только я», – говорит Ясмина.

Первую поездку на трассе она помнит хорошо.

«Я ехала очень медленно, волновалась, не понимала, как всё устроено. Это было весной, ещё до школы. Я немного покаталась. Родители сказали, что проехала нормально, и было принято решение, что я занимаюсь этим видом спорта. До этого мы с мамой посещали другие спортивные секции – всё никак не могли выбрать. А тут всё само собой определилось», – рассказывает она.

Позже Ясмина получила травму ключицы. Но через год сама попросилась вернуться.

Свои первые шаги она сделала на картодроме «Чайка» в Намангане. Трассу открыли в 2009 году ее папа и его друг, и именно там Ясмина тренируется до сих пор.

Регулярные тренировки привели к первым соревнованиям. Первую награду она получила в 2015 году, заняв шестое место в соревнованиях в городе Янгиер, Сырдарьинской области. Уверенности тогда ещё не хватало – характер только формировался.

«Думаю, тут заслуга не только папы как тренера и моего главного мотиватора, но и поддержка мамы. Она всегда в меня верила. Рассказывала, что ещё в молодости, когда папа катался, мечтала: когда-нибудь её дочь обязательно будет у руля карта», – говорит Ясмина.

С каждой гонкой уверенности становилось больше. Уже с 2016 года Ясмина начала выходить на пьедестал. А 2017-й называет самым успешным: почти все старты – первые места. Появилось желание не просто побеждать, а повторять достигнутый результат.

До 2022 года Ясмина не выступала на международной арене. Всё изменилось на первенстве Казахстана: она заняла первое место, став единственной девушкой среди участников.

«У меня тогда отказали тормоза. Я еле доехала до финиша. Гонки прошли не без приключений», – отметила она.

Результат тогда удивил многих: девушка из Узбекистана – первая среди парней. В том же году Ясмина отправилась на Motorsport Games во Францию. В классе «картинг-слалом» она выступала вместе с Домиником Сулеймановым. Итог – 17-е место.

Отец тоже выходил с ней на трассу, но не ради мест. Он до сих пор катается, потому что любит этот спорт. В 2023 году Ясмина стала серебряным призёром чемпионата Азии FIA Asia Pacific Motorsport Championship.

«Я очень эмоциональная. Если приезжаю не первой – расстраиваюсь. Но папа всегда меня успокаивает: важен путь и стремление, не падать духом», – рассказала Ясмина.

В семье роли распределены чётко: папа больше помогает с техникой, мама – с эмоциями.

«Моя мама переживает даже больше, чем я. Особенно на международных стартах», – добавила она.

 «Зачем девочке это?»

Это вопрос, который Ясмина слышала не раз.

«Даже папу отговаривали знакомые и коллеги: зачем девочке картинг, зачем тратить деньги? Отношение начало меняться после первой международной медали. Но трудности остались. Например, с парнями сложно соревноваться. Бывает, что просто выбивают с трассы. Многие не воспринимают меня серьёзно – девчонка же», – делится наша собеседница.

Когда Ясмина у руля, в ней будто просыпаются силы, о которых она сама не подозревала. Скорость поглощает полностью – остаётся только цель: быть первой. В жизни, говорит Ясмина, она мягкая и спокойная. Но карт меняет всё.

Карты спортсменам покупают родители, а те, кто постарше, приобретают их уже сами. Карт Ясмины весит 90 кг, он ездит с ней и с папой по стране и за её пределами. Если соревнования проходят далеко, технику предоставляют организаторы.

В Ташкенте нет полноценных трасс для спортсменов. Есть Axelon Karting Club, но это не спортивная площадка.

«Если бы в стране было больше трасс, нам было бы легче, и, наверное, детей в картинге стало бы больше», – отмечает девушка.

Мечта о женской команде

Новым важным этапом в жизни Ясмины Эгамбердиевой стал её личный блог в Instagram. Здесь девушка делится не только своими спортивными победами и участием в соревнованиях, но и личной историей – тем, с чего начинался её путь в картинге, какими страхами и трудностями она сталкивалась, и как их преодолевала. Блог позволяет ей показать аудитории, что картинг – это не только скорость и техника, но и упорство, дисциплина и смелость.

Через публикации спортсменка стремится вдохновить как девочек, так и мальчиков в Узбекистане попробовать себя в этом виде спорта. Она делится советами, тренировочными моментами, забавными ситуациями на трассе и эмоциями от побед, создавая атмосферу живого общения с подписчиками. Благодаря блогу о картинге и успехах молодой спортсменки узнаёт всё больше людей – от школьников до взрослых, интересующихся автоспортом.

«Я очень хочу дальше побеждать и показывать лучшее время. Моя мечта – собрать женскую команду, только из девушек. И, если получится, попасть в F1 Academy. Время у меня ещё есть», – говорит Ясмина.

Сообщение Мягкая в жизни, железная на трассе. Как одна девочка переписывает автоспорт в Узбекистане появились сначала на Vaib.uz.

Однако затем, судя по всему, на эту территорию кто-то положил глаз. Площадка начала постепенно приходить в упадок: конструкции не ремонтировались, горки разрушались, а сам парк всё активнее заполнялся безвкусными аттракционами и предпринимателями с батутами. Создавалось впечатление, что процесс деградации был неслучайным – трудно поверить, что у городских властей не нашлось средств на поддержание востребованного общественного пространства.

На днях ситуация получила новое развитие. В соцсетях появились фотографии уже демонтированной скейт-площадки, а на её месте – ровный слой бетона. И это при том, что в Узбекистане с 1 января 2025 года действует запрет на приватизацию или отчуждение земель, используемых для отдыха населения, сокращение их территорий, а также строительство зданий и сооружений на таких участках.

Параллельно в социальных сетях появилось открытое обращение активной молодёжи к хокимияту Ташкента. В нём авторы просят сохранить скейтпарк и указывают на ключевую проблему: объект уже снесли, но власти так и не объяснили, что именно планируется построить на этом месте.

Официальных комментариев от хокимията Ташкента на момент публикации по-прежнему нет. Между тем в соцсетях активно обсуждается версия, что территорию якобы облюбовал некий бизнесмен, который намерен установить здесь новые аттракционы. Такое решение выглядит как минимум странным: парк «Голубые купола» всегда ценился за тишину и спокойствие, а его нынешнее превращение в хаотичную зону с батутами и сомнительными развлечениями уже вызывает раздражение у горожан.

По-хорошему, считают жители, парк следовало бы очистить от случайных коммерческих объектов и вернуть ему прежний облик общественного пространства для отдыха и спорта, а не очередной ярмарки аттракционов.

Теперь остаётся ждать, что скажут столичные власти и последует ли официальное разъяснение. Пока же история со скейтпарком выглядит как ещё один пример того, как в Ташкенте тихо и без объяснений исчезают важные для горожан пространства.

Сообщение Скейтпарк на «Голубых куполах» залили бетоном: в центре Ташкента исчезло ещё одно общественное пространство появились сначала на Vaib.uz.

Дилшод Мингбаев, руководитель компании «Садаф», был осуждён в 2011 году. Суд тогда приговорил его к восьми годам лишения свободы по статье 182 Уголовного кодекса (нарушение таможенного законодательства). Предприниматель успел отбыть пять лет наказания, прежде чем было установлено, что приговор был вынесен незаконно.

Надзорная инстанция Верховного суда полностью оправдала Мингбаева по самым тяжким статьям, по которым он находился в заключении. В силе была оставлена лишь часть 1 статьи 207 (должностная халатность). По этой статье ему назначили исправительные работы, а затем уголовное дело было прекращено в связи с амнистией. Таким образом, Верховный суд официально подтвердил, что предприниматель провёл в тюрьме пять лет без законных оснований.

После выхода на свободу Мингбаев обратился в гражданский суд с иском о взыскании 1 миллиарда сумов в качестве компенсации морального вреда. По его словам, последствия незаконного осуждения тяжело отразились не только на нём самом, но и на всей семье.

«За эти пять лет мы пережили столько трудностей. Моя мать сильно пострадала, из-за этого у неё появились болезни, у моей супруги тоже. И я сам, и моя семья – мы пережили огромное количество испытаний», – рассказал предприниматель.

Рассмотрев гражданский иск, суд постановил взыскать в пользу Дилшода Мингбаева 300 миллионов сумов в качестве компенсации морального вреда. Сам предприниматель заявил, что удовлетворён решением суда.

«Никакие деньги, конечно, не вернут нам пережитые страдания и потерянные годы жизни. Спасибо судьям – мы долго боролись, и справедливость восторжествовала», – отметил он.

Судья Лола Утанбоева, комментируя дело, подчеркнула, что судьи не имеют права на ошибку.

«Я сравниваю судей с медицинскими работниками. И судья, и врач не имеют права на ошибку. Если врач ошибается, он может физически убить человека, а если ошибается судья – он убивает его духовно», – заявила она.

По словам судьи, моральный вред крайне сложно оценить в денежном выражении. У человека были отняты годы жизни, подорвана репутация и здоровье, серьёзные страдания перенесла его семья.

А что думаете вы — 300 млн сумов достаточно за пять лет тюрьмы?

Сообщение Власти выплатят 300 млн сумов предпринимателю, который провёл пять лет в тюрьме по незаконному приговору появились сначала на Vaib.uz.

Умида из тех женщин, которые не боятся нажать на «стоп» и начать всё заново. Она пробовала себя в разных сферах, меняла направления, разворачивалась, если понимала, что это не её путь, и шаг за шагом собирала жизненный багаж.

В какой-то момент, чтобы открыть детский сад Avocado kinderland, им с мужем пришлось продать квартиру. Было много и других сложностей, ведь подобных дошкольных образовательных заведений в Ташкенте тогда просто не существовало. Именно поэтому он стал воплощением её принципов, знаний и заботы о детях.

Когда карьера по профессии не задалась

По образованию Умида налоговик, но по специальности она не проработала ни дня. В 12 лет она начала учить японский язык: занималась в JICA и Узбекско-японском центре, где четыре года училась с носителями языка. После 9 класса поступила в лицей и выбрала японскую филологию.

К окончанию лицея логичным шагом казался Университет востоковедения, однако перспектива изучать японский язык еще четыре года заставила её передумать. Она выбрала экономическое образование как более универсальную базу.

«Я была на перепутье и понимала: если у меня будет язык и экономическое образование, я не пропаду и смогу найти работу», — рассказывает Умида.

Она подала документы в Ташкентский государственный экономический университет, на кафедру бухгалтерского учёта. Кем хочет быть дальше, она тогда не понимала. Так она оказалась на направлении «Налоги и налогообложение» и училась на бюджете.

По специальности она не проработала ни дня, всё решила первая стажировка.

«Когда я попала на стажировку в налоговую, стало ясно: эта система мне не близка. Отношение и сама среда не вдохновили продолжать путь в этой профессии», — говорит она.

Оглядываясь назад, Умида признаёт, что профильные знания почти не пригодились.

«Налоговая база постоянно меняется. Практика дала мне гораздо больший результат, чем теория», — резюмирует она.

Праздники и крупные проекты

Несмотря на разочарование в профессии, Умида всё-таки решила закончить вуз и получить диплом. Училась она хорошо. В этот период её увлекла флористика, теорию Умида изучала самостоятельно, покупая американские книги.

«Мне нужно было где-то закрепить всё прочитанное на практике», – вспоминает она.

Первым местом, куда она обратилась, стал бутик Goodween – один из самых известных в городе. Там отказали, объяснив, что студентов на работу не берут. После нескольких отказов Умида поехала в ресторан Yakka saroy, и ей повезло: её взяли в команду оформителей.

«Там сидели мальчики, которые оформляли свадьбы. Без особого вкуса, всё под копирку», – вспоминает Умида.

Начинала она с самой неинтересной части работы – вычищала розочки, собирала мусор, какое-то время работала бесплатно. Постепенно её начали обучать, и у неё стало получаться. Со временем ей предложили координацию мероприятий и работу с клиентами: она придумывала оформление залов, составляла сценарии.

Так прошло всё студенчество. После окончания института встал вопрос о «нормальной работе».

«Для моих родителей это было неприемлемо – дочка до ночи ходит по свадьбам», – объясняет Умида.

Вместо работы в налоговой или банке она получила предложение от ивент-компании.

«Корпоративы, тендеры, сметы, документация. Мне было интересно, и я сказала: “Давайте попробуем”», – вспоминает она.

В компании Умида проработала около двух лет, получив фундамент знаний и опыт работы с крупными клиентами: Ucell, UzAuto motors, «Лукойл», Samsung. Одним из первых крупных проектов стала презентация смартфона Samsung с концертом Веры Брежневой – она работала по райдеру и встречала артистку за кулисами.

Отдельным этапом стал ресторан Basilic, где Умида занималась SMM, фотосессиями блюд и организацией мероприятий.

«Я дошла до своего потолка в ивент-индустрии. Ненормированный график, мероприятия до ночи. Я просто устала и уволилась. Потом были и другие успешные проекты. Но новый этап у меня начался со свадьбы и рождения ребёнка», – говорит она.

Декрет и внутренний конфликт

«С 18 лет я привыкла совмещать учёбу и работу, быть независимой и самостоятельно зарабатывать. Оказавшись в семейной жизни без финансовой самостоятельности, я столкнулась с ощущением утраты свободы. Если хочешь себе что-то купить – должна просить», – вспоминает она.

Для неё это стало серьёзным внутренним конфликтом.

«Я никогда ни у кого ничего не хотела просить. Мысль о двух годах без работы и активности пугала», – рассказала она.

Поэтому Умида пошла в магистратуру – скорее из нежелания засиживаться дома. Ей казалось, что жизнь останавливается и проходит мимо.

«Знаете, каждая женщина должна выбирать свой путь и слушать своё сердце. Конечно, можно говорить феминистические лозунги – “идите работать, будьте независимыми, всегда имейте свои деньги”. Это важно и необходимо. Но на самом деле женщины разные. Есть те, кто создан для дома, уюта, семьи, и они не хотят работать. У меня много знакомых, у которых есть возможности открыть бизнес или чем-то заняться, но они этого не делают. Им хочется сидеть дома, жарить пирожки и блинчики, встречать детей и мужа, проводить день за сериалами. И если это приносит им счастье – прекрасно», – говорит она.

По мнению Умиды, сегодня в Ташкенте заметна тенденция: многие мужчины оказываются не до конца зрелыми. Возможно, это связано с воспитанием или гиперопекой, но часто они не готовы нести ответственность за свои поступки, слова или семью. Об этом Умида говорит из личного опыта: сейчас у неё идёт бракоразводный процесс после восьми лет совместной жизни с человеком, который, по её словам, «застрял где-то в подростковом возрасте».

Многие мужчины не понимают сути семьи и своей роли в ней – роли добытчика и защитника. И женщины, которые оказываются в таких ситуациях и не подготовлены к ним, остаются ни с чем «у разбитого корыта». Это может быть развод, измена, насилие или просто отсутствие поддержки.

В таких условиях женщинам приходится адаптироваться и учиться выживать. У них нет времени на долгие размышления – что-то они умеют, а чему-то только предстоит научиться. Они берутся за любую работу, лишь бы прокормить себя и ребёнка.

«Поэтому у женщины обязательно должно быть образование или профессия. Не нужно ставить вопрос “карьера или семья”. Именно образование и профессия позволяют женщине быть более уверенной в завтрашнем дне», – считает Умида.

Как родилась идея сада

Когда ребёнок пошёл в детский сад, для Умиды этот этап стал переломным. У неё сын, которому сейчас семь лет. Он родился с атопическим дерматитом, и это во многом изменило жизнь семьи. Мальчик ходил в три разных садика.

Каждый поход в обычный сад превращался в испытание: ребёнок оставался без полноценного завтрака или ел продукты, которые запрещали врачи, поэтому Умиду постоянно тревожило его здоровье.

«Он без конца болел, цеплял любую заразу», – вспоминает она. Семья прошла всех возможных врачей от аллерголога и дерматолога до гастроэнтеролога, но причину долго не удавалось найти. Когда диагноз всё же был поставлен, Умида решила разобраться сама.

«Мы сидели на гормональных мазях, которые нельзя наносить постоянно. Я понимала, что причины нужно искать изнутри и рубить на корню», – говорит она.

Она начала изучать питание и здоровье детей: подписывалась на зарубежных врачей, слушала лекции и вебинары.

«Я поняла, что питание очень сильно влияет на здоровье ребёнка. При атопическом дерматите нужно снижать аллергический фон и понимать, откуда он берётся», – рассказывает она.

По рекомендации врачей семья начала вести пищевой дневник: убрали все продукты и вводили их по одному, фиксируя реакцию. После очистки рациона улучшения стали заметны. Однако в обычных детских садах соблюдать индивидуальное питание было крайне сложно.

«Я пыталась договариваться: кашу без сахара, без молока, без хлеба. Это было сложно, потому что детей много и люди не понимали, для чего это нужно», – говорит Умида. В итоге ребёнок завтракал дома, а его часто забирали раньше, чтобы он не ел полдник с булочками.

Погрузившись в нутрициологию и здоровье детей, Умида решила создать сад, который сама хотела бы найти для своего ребёнка. На реализацию идеи ушло три года: они с мужем продали квартиру и вложили деньги в ремонт и запуск сада. Это было эмоционально сложно – страх неудачи сочетался с желанием сделать всё идеально.

Локация сада находилась далеко от центра, что вызывало сомнения у неё и окружающих.

«Ты сумасшедшая. Как можешь открыть сад с ПП-концепцией в таком районе. Всё это не окупится», говорили ей. Но все получилось.

Миссия и мечта

Сегодня детский сад Умиды предоставляет возможность индивидуального подбора меню. Если продукт был противопоказан ребёнку, его меняют на другой.

«У нас всегда есть полуфабрикаты и заготовки, чтобы ребёнок получил полноценную еду, а не печенье, как в других садах», – поясняет Умида.

Работа с детьми, по её словам, начинается с родителей. Если сад и родители не идут в одном направлении, результата не будет. В саду проводятся лекции и семинары с врачами, психологами и диетологами. В первое время до 80% еды уходило в отходы, но дети постепенно привыкали к новым вкусам.

«Сейчас в ясли приходят дети, которые с первого дня готовы к ПП. Мы говорим с родителями на одном языке», – отмечает Умида.

За два года работы сад полностью заполнился. Спрос оказался высоким, и родители начали просить открыть аналогичные садики в других районах. Ценовую политику Умида выстраивала осознанно.

«Полгода я работала в минус, потом вышла в ноль, а через год подняла цены до нужного уровня, когда люди поняли, что именно я предлагаю для детей», – делится она.

На запуск проекта были вложены немалые средства. Всё делалось с большой душой и любовью к детям.

«Если есть готовое здание с хорошим ремонтом и условиями для работы, то достаточно около 40 тысяч долларов на запуск частного детского сада. Но я вложила около 150 тысяч», — подчёркивает Умида. — «Я человек, который делает либо хорошо, либо никак».

Каждый элемент сада был продуман до мелочей: качественные строительные материалы, мебель, постельное бельё для детей только из безопасных и приятных тканей — всё это стоит недёшево. Кроме того, Умида наняла технолога для разработки особого меню для детсадовцев.

Справляться с трудностями помог предыдущий опыт.

«Я научилась адаптироваться и быть гибкой. Это помогало не опускать руки и продолжать идти», – говорит Умида.

Говоря о поддержке супруга, она отвечает честно: «Финансовая поддержка была – мы продали квартиру. Во всём остальном поддержки не было. Я жила в абьюзивных отношениях, в постоянном стрессе. Сейчас я об этом говорю открыто».

На данный момент сад переехал в новое здание. Умида построила его с нуля, сохранив название Avocado kinderland, концепцию и команду: «люди, которые со мной работали, не все, но основная часть, костяк, остались». Здание, мебель и вложенные ранее 150 тысяч долларов остались на старом месте.

Таким образом, всё, что есть у Умиды сейчас, – полностью её собственный проект.

«Никакого отношения мужа к этому уже нет», – подчёркивает предпринимательница.

И этот опыт создания собственного дела полностью отражает её жизненные приоритеты и ценности.

«Знаете, наверное, моя мечта – прожить эту жизнь со смыслом, ярко и счастливо. Быть той личностью, которая смогла своей деятельностью внести вклад в общество, чтобы мои дети и внуки с гордостью говорили обо мне при жизни и после смерти», – делится она.

Сообщение В Ташкенте появился детский сад, где дети едят только полезную еду. Его открыла мама, которая устала просить «кашу без сахара» появились сначала на Vaib.uz.

Она родилась абсолютно здоровым ребёнком — активным, улыбчивым, долгожданным. Первые тревожные сигналы появились, когда девочке было около трёх лет: родители заметили, что малышка странно ставит ножки и жалуется на боль.

Врачи долго не видели ничего серьёзного, уверяли, что развитие идёт нормально. Но со временем деформации усиливались, и только в шесть лет поставили диагноз — несовершенный остеогенез, редкое генетическое заболевание, из-за которого кости становятся хрупкими, словно стекло. Тогда Рузана перенесла первую операцию.

«Мне ставили и исправляли деформации с помощью аппарата Илизарова. Потом были еще операции. Среди них были и неудачные, когда кость срасталась неправильно. В итоге деформации всё-таки исправили, но из-за отсутствия должного лечения костная ткань оставалась хрупкой и в 11 лет. Спустя немного времени после последней операции у меня случился перелом — совершенно неожиданно, во время игры. После этого я больше не могла ходить», — рассказывает девушка.

Лечение продолжалось, но каждое неосторожное движение несло риск новой трещины или перелома.

«Я чувствовала сильные боли. Новые трещины могли появиться, когда я, например, надевала обувь или когда врач случайно надавливал сильнее во время осмотра — кость не выдерживала», — вспоминает Рузана.

Врачи говорили, что нужно дождаться, пока остановится рост костей — тогда можно будет снова оперировать.

Когда Рузане исполнилось 17 лет, врачи подтвердили, что рост её костей остановился. Профессор-хирург предложил установить металлические штифты, но сразу предупредил родителей: операция сопряжена с серьезными рисками. Никто не мог предсказать, как организм отреагирует на вмешательство и удастся ли после этого ей встать на ноги.

У Рузаны также есть сопутствующие заболевания, и очередной наркоз мог ухудшить ее состояние, поэтому семья отказалась от операции. Сейчас акцент сделан на поддержании здоровья костей: правильное питание, лечебная физкультура и максимум осторожности.

Принять себя

Рузана признаётся, что принять себя в инвалидной коляске оказалось гораздо труднее, чем справиться с болью.

«Несмотря на огромную поддержку родных, я долго не могла принять себя. Никто не смеялся, не жалел — всё это было во мне самой. В мечтах я ходила, у меня были здоровые ноги. А в реальности я закрывалась от мира, боялась выходить на улицу, потому что казалось, будто все видят только мои недостатки. Иногда хотелось просто исчезнуть», — говорит она.

Но однажды Рузана поняла, что жизнь проходит мимо. Она не могла изменить ситуацию, но смогла изменить своё отношение к ней — и всё стало меняться. Стала чаще выходить на улицу, перестала бояться взглядов людей и заметила, что никто не смотрит с жалостью.

«Я приняла себя и свою инвалидность. Конечно, бывает сложно — даже обычные дела иногда требуют помощи. Что-то я могу сделать сама, чему-то учусь, подстраиваюсь. А если не получается — не расстраиваюсь. Главное для меня — осторожность», — говорит она.

И всё же внутри у неё живёт надежда.

«Я часто пересматриваю детские фотографии, где ещё ходила. Видео, к сожалению, не осталось. Но верю: медицина не стоит на месте, и, возможно, однажды появятся препараты, которые смогут укрепить мои кости. Тогда я снова почувствую, как это — стоять на своих ногах», — отметила она.

Вместе через всё

Рузана замужем за человеком, который без страха, жалости и сомнений идет с ней по жизни. Познакомились они много лет назад, когда она занималась рисованием. Будущий муж попросил сделать эскизы для его творческой работы. Тогда она не смогла помочь — готовилась к конкурсу, но именно с этого началось их общение.

Дружба постепенно переросла в отношения.

«Он знал о моих проблемах с ногами, видел только портретные фото, но, когда мы встретились, отнёсся ко мне совершенно спокойно, без какого-либо смущения», — вспоминает Рузана.

Несмотря на уговоры со стороны — не связываться, не брать “ответственность” — они остались вместе. Почти восемь лет встречались, прежде чем поженились.

«Скоро будет два года, как мы муж и жена», — говорит она.

Для Рузаны особенно дороги в муже забота и чувство юмора. Когда болезнь обостряется, именно он помогает держаться — поддержкой, теплом и умением рассмешить.

«Он вытаскивал меня из самых трудных состояний своей добротой и юмором. Это бесценно», — делится она.

Супруг стал для неё не только опорой, но и другом: вечером они могут часами разговаривать, советоваться и смеяться. Он поддерживает её творчество и блог, помогает с идеями и иногда появляется в видео — то как оператор, то как актёр.

Игрушки, которые лечат душу

В 2018 году Рузана случайно увидела в интернете вязаные игрушки амигуруми — и влюбилась.

Она попросила родных купить пряжу и крючок. Первой связанной игрушкой, смеётся Рузана, стал немного кривоватый зайчик. Но именно он стал началом нового пути.

Рузана увлеклась вязанием, создала несколько игрушек, а потом знакомые предложили открыть Telegram-канал, чтобы выкладывать работы и продавать их.

Со временем она начала придумывать собственные модели и писать мастер-классы.

«Мне писали люди из разных стран, просили разрешение перевести мои мастер-классы, и мои игрушки вязали в разных городах мира. Мне было очень приятно», — рассказывает она.

Сейчас Рузана делает на заказ самых разных героев — от мишек до персонажей игр. Для неё вязание — не просто работа, а дело жизни.

«Так я отвлекаюсь от повседневных проблем. Когда присылают фотографии детей с моими игрушками — для меня это самое важное», — говорит она.

Делится жизнью и вдохновением

Свой блог в Instagram Рузана завела давно — сначала выкладывала рисунки, потом игрушки. Но два года назад решила рассказать о себе.

«Я впервые выложила своё фото в полный рост и рассказала о своей инвалидности. Потом сделала видео — и увидела, что люди реагируют абсолютно спокойно. У меня пропал страх показывать себя», — говорит она.

С этого момента блог стал личным.

«Я рассказываю о жизни с инвалидностью, о трудностях, но и о том, что мы такие же люди, как все. Мы можем радоваться, любить, работать, мечтать», — добавляет она.

Новый этап

Сегодня у Рузаны новая цель — активная коляска Otto Bock Zenit, изготовленная под индивидуальные размеры.

«Карбоновые коляски лёгкие, удобные и компактные», — объясняет она.

Сейчас Рузана пользуется обычной базовой моделью, детских размеров, так как её рост ниже 130 см.

«Моя коляска тяжёлая, неудобная для самостоятельного управления, и сложно помещается в багажник такси», — говорит она.

Новая коляска, по её словам, даст больше движения и самостоятельности.

«Мне важно самой управлять коляской. Это движение, тренировка и ощущение, что я могу хоть чуть-чуть быть самостоятельной», — говорит наша героиня.

Если вы столкнулись с трудностями

Рузана говорит: важно не замыкаться в себе. Люди, узнав о диагнозе, часто избегают общения — но именно это, по её мнению, усложняет жизнь.

Помощь и поддержка близких — один из ключей, чтобы не потерять вкус к жизни.

«Мне очень помогли родные, родители, муж. Без них было бы гораздо тяжелее», — признаётся она.

Если поддержки не хватает в семье, её можно найти среди друзей или людей с похожими историями. Главное — не оставаться наедине со своими страхами.

Рузана уверена: многое зависит от внутреннего состояния. Мы не можем изменить диагноз, но можем изменить отношение к нему. Когда она перестала воспринимать болезнь как приговор, жизнь стала проще.

Сейчас она живёт по принципу: «Не бойся будущего», старается радоваться мелочам и быть благодарной за каждый день.

«Счастье возможно для каждого. Нужно лишь позволить себе быть в жизни, а не прятаться от неё», — уверена Рузана Галимова.

Если вы хотите помочь Рузане, контакты ниже

• Uzcard: 8600061069600129 (Халк банк)
• Visa: 4023060133407741 (Ипак йули банк)
• ‌MasterCard (Ipak Yuli bank): 5476380640072005

Для международных переводов по номеру телефона:

+998 97 708 9108 (Узбекистан, Халк банк/Ипак Йули банк).

А заказать игрушки можно здесь

Сообщение Когда тело ломается, душа может взлететь: история, девушки из Янгиюля, которая не сдаётся появились сначала на Vaib.uz.

Первые шаги и влюблённость в свободу

Лето 2022 года стало для Динары точкой отсчёта. Она впервые встала на сап-доску и прочувствовала ту самую свободу, за которую теперь так любят этот спорт. Робкие попытки удержать баланс, новые ощущения, свежий ветер, вода под ногами — этот опыт был настолько ярким, что захотелось им делиться с окружающими.

До этого Динара уже активно занималась бегом, плаванием и велосипедом, но сап-бординг открыл для неё новый уровень физического и внутреннего развития. Очень быстро он превратился из эксперимента в страсть.

«Это были невероятные эмоции и ощущение свободы перемещения по воде. Робкие попытки встать во весь рост, поиск баланса и новое чувствование своего тела на нестабильной поверхности. Это был яркий, запоминающийся опыт», — вспоминает Динара.

От идеи до комьюнити

Вдохновившись сап-фестивалем в Санкт-Петербурге, Динара решила организовать нечто подобное в Ташкенте. Поддержал идею чемпион Узбекистана по гребле Алексей Мочалов. Всё пришлось начинать с нуля — не было ни готовых решений, ни поддержки. Но энтузиазм и вера сделали своё дело: в 2023 году прошёл первый костюмированный сап-фестиваль, который сегодня превратился в ожидаемое городское событие.

Без поддержки спонсоров ничего бы не получилось — Динара обратилась к бизнесу, предложив не деньги, а партнёрство: призы, эко-продукция, услуги. Так сформировался призовой фонд, а фестиваль стал ярким праздником для всех участников.

После первого успеха появилось сообщество «Сап тусовка» — телеграм-чат, где сегодня более 150 человек. Это не просто подписчики — это живое комьюнити, где можно взять сап в аренду, получить совет, поделиться эмоциями и, конечно, вместе кататься.

Второй фестиваль — новые вызовы

В сентябре 2025 года прошёл второй сап-фестиваль. На этот раз стояла задача привлечь внимание к событию без крупных затрат на рекламу. Помогли медиапартнёры, а основной драйвер — сарафанное радио и энергия участников. Несмотря на то, что некоторые узнали о фестивале уже после его завершения, мероприятие стало настоящим праздником: улыбки, восторженные отзывы и желание повторять — вот главная награда для команды.

Сапбординг — не только спорт, но и сообщество поддержки

Сап-культура в Узбекистане возможна только при поддержке государства и бизнеса, считает Динара. Массовые мероприятия — это не только про спорт, но и про популяризацию водных активностей, вовлечение молодёжи, формирование новых традиций и даже туризма.

Особое место в комьюнити занимают женщины — сильные, смелые, открытые к переменам. Многие говорят, что сап помогает им поверить в себя, отпустить тревоги и найти внутреннюю опору. Динара создала пространство, где не важно соревноваться — важно расти, учиться слушать себя и быть в гармонии с водой, телом и миром.

«Наше комьюнити — это живые люди, которые катаются с нами весь сезон, в городе и за его пределами. У нас можно взять сап в аренду, задать вопросы о выборе и ремонте, просто поделиться впечатлениями. Мы все влюблены в этот вид отдыха и спорта», – отметила Динара.

Йога и сап — идеальное сочетание

Йога — ещё одна важная часть жизни Динары. Она практикует с 2016 года и является инструктором по нескольким направлениям: хатха-, инь-, аэро- и сап-йоге. Её утро начинается в студии DoYoga, где царит особая атмосфера уединения и свежести.

Йога, по словам Динары, помогает держать баланс на сапе, развивает осознанность, контроль над телом и внутреннее спокойствие. Сап-бординг становится продолжением этой практики: это путь к себе, гармонии с природой и свободе.

Будущее сап-культуры в Ташкенте

Динара Ахунова продолжает объединять вокруг себя людей, влюблённых в воду, спорт и гармонию. Она уверена: сап — это не только про физическую форму, но и про умение радоваться жизни, принимать себя и открываться миру. Каждый может попробовать — неважно, есть ли опыт и сила, главное — желание стать ближе к природе и к себе.

Сап-тусовка Ташкента ждёт новых участников, новых фестивалей и новых открытий. Всё только начинается — и впереди обязательно будут новые истории, эмоции и вдохновение!

Сообщение Свобода на воде: история женщины, которая подарила Ташкенту сап-культуру появились сначала на Vaib.uz.

Освободившийся участок земли рядом со станцией метро «Ойбек», который сейчас занимает вуз, планируется использовать для строительства современной пятизвёздочной гостиницы. Причём инвестор, который возьмётся за этот проект, должен будет построить на месте ещё и парковку на 1 000 мест и передать её в государственную собственность.

Возникает резонный вопрос: насколько оправдан такой шаг? Честно говоря, тревожит странная попытка встроить в общий госпроект по развитию экономики частную инициативу по строительству гостиницы и парковки. А ведь стоимость этого востребованного участка — десятки миллионов долларов.

Помимо того, что студентам института теперь придётся добираться на учёбу «за тридевять земель», возникает и другой вопрос: зачем строить ещё одну фешенебельную гостиницу, когда и так по всему Ташкенту их хватает с избытком?

Может быть, если уж столичные власти решили освободить этот участок земли, стоит рассмотреть альтернативу и разбить здесь зелёный парк, чтобы жители могли приходить и отдыхать от городской суеты и шума? Ведь сегодня в столице критически не хватает зелёных зон, а парк возле метро был бы куда полезнее для общества, чем очередная гостиница.

Будем надеяться, что это неоднозначное решение будет пересмотрено. Тем более, что опасен сам прецедент: переносить вузы на окраины города и отдавать освободившуюся территорию под застройку. Неужели всё, что сейчас происходит в городе с транспортом, дорогами, пробками и другой инфраструктурой, ничему не учит столичные власти?

Сообщение Ташкентский фармацевтический институт планируют перевести за город, а на его месте построить пятизвёздочную гостиницу появились сначала на Vaib.uz.

Новый Ташкент уже строят

Направление на Новый Ташкент — не просто планы, а уже начатое строительство. В настоящее время активно ведутся работы на участке возле Олимпийского городка и парка «Янги Узбекистон». Ветку возводят с применением современных технологий как подземного, так и наземного метро.

По плану, строительство ветки метро внутри «Нового Ташкента» завершится к концу 2026 года. Протяжённость этого участка составит 8 километров, на нём разместят три станции. Вся линия станет частью более длинного маршрута от станции «Дустлик» до «Нового Ташкента» общей длиной в 21 километр и с 9 станциями.

Ожидается, что эта ветка сможет обслуживать до 230 тысяч пассажиров в сутки — это существенно разгрузит дорожную сеть и повысит доступность новых районов для жителей и гостей столицы.

Стоимость строительства 8-километрового участка оценивается в $110 миллионов. В 2025 году планируется освоить $11 миллионов, остальная сумма — $99 миллионов — будет потрачена в 2026 году. Генеральным подрядчиком выступает турецкая компания Hvav Yapi Sanayi Ve Tic. A.S.

Ранее сообщалось, что другую часть этого масштабного проекта будет строить ещё одна турецкая компания — Dogus Holding. Стоимость одного километра подземного участка оценивается примерно в $8 миллионов.

Таким образом, большой проект разделён между разными подрядчиками, и новая линия свяжет существующую инфраструктуру метро с «Новым Ташкентом», обеспечив будущим жителям города удобное и быстрое транспортное сообщение с другими районами.

А что с веткой на ТТЗ?

Что касается линии метро в сторону ТТЗ, то, по официальной информации, её строительство должно было начаться 15 июня 2025 года, а завершение запланировано на конец 2026-го. Однако о фактическом старте работ пока никаких подтверждений не поступало.

Проект ветки метро в сторону ТТЗ будет реализован поэтапно. Сначала планируется продлить линию от станции «Пушкин» до Кольцевой дороги по наземному участку. Затем начнётся строительство подземной части линии от Кольцевой дороги до главной автостанции на территории ТТЗ. Эта часть будет проходить под трассой без перекрытия автомобильного движения. Пропускная способность линии оценивается в 85 тысяч пассажиров в день.

Сообщение Президенту показали схему двух новых веток метро — в сторону ТТЗ и в Новый Ташкент появились сначала на Vaib.uz.

Что такое подземные перекрёстки?

Подземный перекрёсток — это сложное инженерное сооружение, расположенное под землёй, которое соединяет между собой дороги, пешеходные переходы, парковки, метро и другие объекты инфраструктуры. По сути, это многоуровневая транспортная развязка, но под землёй. Такие перекрёстки позволяют направить часть потоков — например, пешеходов или определённые виды транспорта — под землю, чтобы снизить нагрузку на наземные дороги, уменьшить пробки и повысить безопасность.

В некоторых городах мира подземные перекрёстки используются для соединения крупных улиц, торговых центров, офисных зданий и станций метро между собой, создавая целую сеть удобных маршрутов для людей и транспорта, защищённых от погодных условий и городского шума.

Самые развитые сети подземных перекрёстков и переходов можно найти в таких городах, как Токио, Сеул, Гонконг, Пекин и Сингапур. В этих городах под землёй проходят не только дороги, но и огромные торговые галереи, фуд-корты, паркинги и даже мини-парки.

А что планируют в «Новом Ташкенте»?

Как рассказал советник директора дирекции «Нового Ташкента» Саидазим Шарипов в эфире телеканала «Узбекистан 24», в проекте района запланированы подземные перекрёстки, парковки и сервисные зоны.

«Под обычными наземными перекрёстками размещаются подземные перекрёстки, парковки и другие сервисные объекты, а также предусмотрены проходы к подземным автопарковкам близлежащих зданий именно через эти перекрёстки. Вся инфраструктура прокладывается и строится, в том числе и метро», — отметил он.

Реакция горожан — скепсис и ирония

Многие пользователи соцсетей восприняли новость с изрядной долей иронии. Люди пишут, что сейчас в Ташкенте большинство обычных перекрёстков выглядят так, будто их проектировал студент-первокурсник. Пешеходной инфраструктуры практически нет, светофоры настроены абы как, разметка стирается через месяц, а количество полос после перекрёстка часто не совпадает с количеством до него.

Многие пользователи считают, что сначала стоило бы научиться делать обычные, наземные перекрёстки так, чтобы они были удобны и безопасны для всех участников движения, а потом уже думать о новых «прожектах».

Сообщение В «Новом Ташкенте» собираются строить подземные перекрёстки появились сначала на Vaib.uz.

Стремительный рост текстильной отрасли

За последние годы текстильная промышленность Узбекистана сделала рывок вперед. Начиная с 2017 года производство хлопковой пряжи выросло с 412 тыс. до 970 тыс. тонн, выпуск трикотажного полотна – с 68 тыс. до 312 тыс. тонн, а производство готовой одежды – с 960 млн до 3,1 млрд штук. Такие впечатляющие показатели стали результатом политики по углублению переработки хлопка внутри страны и стимулированию экспорта готовой продукции. Действительно, если в 2016 году экспорт узбекского текстиля составлял около $1,1 млрд, то к 2024 году он достиг $2,8 млрд. Это свидетельствует о росте конкурентоспособности отрасли на внешних рынках.

Важно отметить, что сегодня Узбекистан фактически перестал экспортировать необработанный хлопок – весь собранный урожай перерабатывается на местных предприятиях. Доля внутренней переработки хлопкового волокна достигла 100%, и продукция узбекских текстильных фабрик теперь поставляется в более чем 50 стран мира. Таким образом, ставка сделана на развитие полного цикла – от выращивания сырья до выпуска готовой одежды, что приносит стране гораздо больше прибыли, чем продажа сырца.

Одновременно такие успехи поставили новые задачи. Узбекской текстильной индустрии теперь необходимо закрепиться в премиальном сегменте – на рынках США и Евросоюза, где особое значение имеют высокие стандарты качества, прослеживаемость происхождения сырья (traceability) и экологическая устойчивость производства. Для удовлетворения этих требований мировых брендов одних только внутренних усилий может быть недостаточно – и здесь на помощь приходит импорт особых сортов хлопка.

Импорт как дополнение, а не замена

Вопрос, который возникает у многих: зачем импортировать хлопок, если свой есть в избытке? Ключевой момент в том, что импорт вовсе не призван заменить местное сырьё. Напротив, он дополняет его там, где это необходимо для выполнения специфических заказов. Ежегодно Узбекистан производит порядка 1–1,2 млн тонн хлопкового волокна, и весь этот объём уже находит применение на отечественных фабриках. Другими словами, местный хлопок полностью востребован и перерабатывается внутри страны.

Более того, за последние годы в республике было запущено множество новых текстильных предприятий, и их суммарные мощности растут опережающими темпами. В результате средняя загрузка фабрик сейчас составляет лишь около 75%. Это означает, что у отрасли есть незадействованный резерв мощностей, который как раз и может быть заполнен за счёт дополнительного сырья.

Импортированный хлопок направляется точечно на те производственные линии и контракты, где критически требуются международные стандарты качества и сертификации. Таким образом, закупка хлопка извне не вытесняет местных фермеров (их продукция уже и так потребляется полностью), а служит целевым инструментом для выхода на новый уровень качества.

Опыт мировых лидеров

Стратегия комбинировать собственное сырьё с импортным далеко не нова – её успешно применяют ведущие текстильные державы. К примеру, Турция, Бангладеш, Вьетнам, Индия, Индонезия, Камбоджа, Мексика и даже Китай ежегодно импортируют значительные объёмы хлопка из таких стран, как США, Бразилия, Австралия и государства Африки.

Зачем они это делают? Ответ прост: чтобы обеспечить свою лёгкую промышленность качественным сырьём, соответствующим требованиям глобальных клиентов.

Так, Турция, будучи крупным производителем хлопка, всё равно докупает высококачественное волокно за рубежом. Это позволяет турецким фабрикам стабильно работать с модными гигантами Европы. Бангладеш вообще почти не выращивает хлопок, но стал вторым в мире экспортёром одежды, целиком опираясь на импорт сырья. Вьетнам благодаря импорту хлопка вошёл в пятёрку крупнейших поставщиков текстиля на рынок США, а Турция прочно занимает нишу ключевого партнёра Европейского союза по швейным изделиям.

Эти примеры демонстрируют: чтобы играть на глобальной арене модной индустрии, стране вовсе не обязательно производить весь объём хлопка самостоятельно. Гораздо важнее суметь предложить конечному заказчику требуемое качество и надёжность поставок – пусть даже для этого придётся докупить часть сырья на внешнем рынке.

Кроме того, импортируя определённые сорта хлопка, указанные страны получают возможность маркировать свою продукцию специальными бирками, повышающими её ценность. В рамках стратегии выхода на премиальные сегменты мирового рынка в Узбекистане реализуемая инициатива “Made with U.S. Cotton” ориентирована на выпуск продукции, соответствующей международным требованиям по качеству, прослеживаемости происхождения (traceability) и экологической устойчивости.

Преимущество американского хлопка

Почему именно американский хлопок оказался в фокусе внимания узбекских текстильщиков? Дело в том, что хлопковое волокно из США славится стабильным высоким качеством и соответствует протоколу U.S. Cotton Trust Protocol – современной системе стандартизации и отслеживания цепочки поставок. Использование сертифицированного американского сырья даёт право маркировать конечную продукцию заветной надписью “Made with U.S. Cotton”.

Для ряда крупнейших брендов это не просто маркетинг, а обязательное условие сотрудничества. Например, компании вроде Levi’s, Ralph Lauren, PVH, Puma, Gap, Tesco и другие предъявляют требование, чтобы часть коллекций производилась из хлопка, участвующего в данной программе. Таким образом, закупая американский хлопок, узбекские фабрики откроют себе двери к контрактам с мировыми марками, которые прежде могли быть недоступны.

Есть и ещё один важный нюанс: речь идёт о конкретном сортовом классе хлопка – Strict Middling. Это высокосортное хлопковое волокно с особыми характеристиками: большей длиной и прочностью, однородной структурой и чистым светлым цветом. Именно такой хлопок требуется для премиальных линий одежды многих брендов. Получить его из случайного сырья невозможно – нужны определённые условия выращивания и переработки.

На мировом рынке надёжными поставщиками данного класса считаются США, отчасти Австралия и Бразилия. Для Узбекистана же импорт партии Strict Middling из США станет прямым шагом к тому, чтобы пометить свой текстиль престижной надписью и выйти в премиум-сегмент.

Отдельно стоит упомянуть финансовую сторону вопроса. Покупка американского хлопка планируется в рамках программы GSM-102 Министерства сельского хозяйства США. Это механизм кредитных гарантий, по которому узбекские предприятия смогут получать сырьё с отсрочкой платежа до 12–18 месяцев.

Фактически, американская сторона страхует до 98% суммы сделки и даёт производителям возможность сразу пустить хлопок в работу, а рассчитываться за него уже из выручки будущих экспортных поставок. Такая схема выгодна и гибка, особенно для развивающихся рынков, и широко используется многими странами при импорте сельхозпродукции. Для Узбекистана участие в GSM-102 означает, что доступ к высококачественному сырью будет обеспечен на льготных финансовых условиях, без мгновенной нагрузки на оборотные средства компаний.

Сорт Strict Middling: пока вне досягаемости

Возникает закономерный вопрос: почему бы не выращивать хлопок необходимого качества прямо на узбекских полях? К сожалению, достижение уровня Strict Middling в ближайшие годы маловероятно по объективным причинам. Во-первых, чтобы полностью закрыть потребности отрасли исключительно за счёт собственного сырья требовалось бы резко нарастить посевные площади под хлопчатником и существенно повысить урожайность.

Такие агротехнические перемены не делаются быстро – по оценкам специалистов, на это может уйти не менее 5 лет упорной работы. Во-вторых, и это главная причина, сорт Strict Middling формируется только при специфических природно-климатических условиях и технологиях обработки волокна. Качество хлопка – его длина, прочность, однородность, цвет – напрямую зависят от климата, количества солнечного света и уровня влажности в период созревания и сбора урожая. Узбекистан обладает благоприятным климатом для выращивания хлопчатника средних сортов, но для выхода на высший сорт нужны такие параметры, которые в местной природе обеспечить сложно.

Таким образом, на ближайшую перспективу импорт высокосортного хлопка представляется более реалистичным и экономически целесообразным решением, чем попытка вырастить аналогичный сорт самостоятельно. Это не отменяет долгосрочных программ селекции и улучшения местных видов хлопка, но позволяет не упускать текущие возможности на рынке.

Выгоды для производителей

Для узбекских текстильных предприятий использование импортного хлопка откроет новые горизонты не только в плане сбыта, но и с точки зрения организации производства. Закупка сырья в рамках упомянутой схемы с отсрочкой платежа на 12–18 месяцев означает, что фабрики смогут загружать мощности без отвлечения собственных оборотных средств. Проще говоря, завод получает качественное волокно, сразу шьёт из него продукцию, экспортирует её и только потом – из полученной выручки – оплачивает поставленный хлопок. Это чрезвычайно удобно для финансирования производства: появляется возможность выполнить 2–3 производственных цикла подряд за счёт круговорота средств от экспортных контрактов.

Конечно, элитный американский хлопок обходится дороже обычного – его стоимость примерно на 15–20% выше по сравнению с местным сырьём. Но важно понимать, что его покупают не для всех заказов подряд, а лишь для самых выгодных, высокомаржинальных контрактов. В таких случаях дополнительные расходы на сырьё с лихвой окупаются более высокой ценой готовой продукции. По сути, импорт позволит отечественным фабрикам браться за те заказы от глобальных брендов, которые раньше прошли бы мимо. При этом базовое производство на местном хлопке никуда не девается – оно остаётся фундаментом отрасли, обеспечивая основной объём товаров массового сегмента.

Отдельно стоит подчеркнуть, что схемы финансирования импорта вроде GSM-102 дают предприятиям страховку от рыночных рисков. Гарантии правительства США покрывают большую часть возможных неплатежей, а длительная рассрочка сглаживает колебания цен и спроса. В результате узбекские производители смогут уверенно планировать работу, знать, что у них будет необходимое сырьё для исполнения контрактов, и гибко управлять денежными потоками. Все эти факторы делают импорт хлопка продуманным коммерческим решением, а не вынужденной мерой.

Глобальный имидж и интеграция

Выход узбекской текстильной индустрии в премиальные сегменты мирового рынка несёт выгоды, выходящие за рамки отдельно взятых фабрик. Речь идёт об укреплении международного имиджа страны как надёжного поставщика качественной продукции. Если узбекские товары с биркой “Made with U.S. Cotton” появятся на полках США и ЕС, это повысит доверие со стороны других глобальных ретейлеров и сетей. Уже сейчас получение преференций GSP+ в Евросоюзе позволило увеличить экспорт текстиля из Узбекистана на эти сложные рынки – поставки в ЕС выросли приблизительно с $74 млн до $140 млн за короткий период. Сотрудничество с американскими партнёрами может дать схожий эффект для рынка США.

Стратегически подобный шаг поможет стране интегрироваться в глобальные цепочки поставок. Узбекистан занимает всё более заметное место на карте мировой текстильной промышленности – отчасти благодаря реформам последних лет, отказу от принудительного труда на хлопковых плантациях и улучшению делового климата. Импорт высококачественного сырья и выполнение требований международных протоколов устойчивости (таких как U.S. Cotton Trust Protocol) станут ещё одним аргументом в пользу того, что узбекский текстильный сектор является современным, ответственно ведущим бизнес-игроком. Это привлечёт новых инвесторов и заказы: страна постепенно превращается в региональный сорсинг-хаб – место, где глобальные бренды могут размещать производство, будучи уверенными в его эффективности и соответствии стандартам.

Наконец, присутствие в верхнем эшелоне экспортеров одежды повышает экспортную репутацию Узбекистана в целом. Это позитивно сказывается и на смежных отраслях – от логистики до дизайна. Быть поставщиком для Nike или H&M – значит играть в высшей лиге, и такая реклама на мировом уровне стоит многого. Узбекистан тем самым закладывает фундамент для долгосрочного роста несырьевого экспорта, что соответствует государственным приоритетам диверсификации экономики.

Взвешенный шаг в будущее

Подводя итог, планируемый импорт хлопка следует рассматривать не как вынужденную меру, а как взвешенную стратегию развития. Благодаря ему страна получит доступ к ресурсам, необходимым для нового витка роста текстильной отрасли – выхода в премиальные ниши, повышения технологичности и привлечения дорогих заказов. При этом местные производители не страдают, а наоборот, выигрывают от новых возможностей и загрузки мощностей.

В совокупности все описанные факторы показывают, что закупка высококачественного хлопкового волокна за рубежом – прагматичный шаг, направленный на долгосрочное укрепление позиций Узбекистана в мировой индустрии моды и наращивание экспортного потенциала.

Иными словами, Узбекистан инвестирует в качество и репутацию – а это инвестиции, которые обязательно принесут свои плоды.

Сообщение Зачем Узбекистану импортировать хлопок из США и как это поможет текстильной отрасли — ответ властей появились сначала на Vaib.uz.

На первый взгляд, идея может показаться привлекательной для водителей, уставших стоять в пробках. Но если смотреть глубже, то последствия такого решения могут оказаться опаснее, чем кажется.

Здесь важно понимать одну вещь — пробки в Ташкенте — это следствие не медленной езды, а хаотичной застройки, безумной парковки, отсутствия нормального общественного транспорта, нескоординированных светофоров и улиц, где четыре полосы внезапно превращаются в две. Поднять скорость — не значит решить проблему. Это просто перекладывание ответственности.

Ташкент сейчас не готов к 80 км/ч с точки зрения инфраструктуры. Дорожная разметка часто выгоревшая, пешеходные переходы плохо видны, светофоры и дорожные знаки расположены не всегда логично. При скорости в 80 км/ч реакция водителя и тормозной путь увеличиваются в разы, что в условиях реального городского трафика — с выездами и разворотами, неожиданными манёврами и пешеходами на проезжей части — создаёт прямую угрозу аварий.

Кроме того, в этом случае пешеходы точно останутся без шансов. Медицинская статистика однозначна: если при наезде на пешехода на скорости 60 км/ч он ещё имеет шанс выжить, то при 80 км/ч смертность возрастает почти в два раза. И это не теория, а к сожалению, проверенная на крови практика.

Пешеходы, велосипедисты, пожилые люди, дети и люди с ограниченными возможностями — все они в один момент окажутся под угрозой. Зато те, у кого машины помощнее, смогут «летать» по городу на 90, а то и 100 км/ч, ведь практика показывает — каждый новый предел скорости воспринимается как рекомендация, которую можно немного «перевыполнить».

Не стоит забывать, что культура вождения в городе и так далека от идеала. Частые обгоны, игнорирование поворотников, резкие перестроения — всё это при увеличении скорости превратится в хаос.

Получается, что вместо того, чтобы развивать культуру вождения, повышать безопасность и внедрять «нулевую терпимость» к нарушителям, власти делают шаг в сторону скорости. Это противоречит мировым тенденциям: в большинстве крупных городов, напротив, ограничивают максимальные скорости, чтобы снизить аварийность и уровень шума, улучшить экологию и сделать улицы более дружелюбными для людей.

Повышение скоростного лимита — это не реформа, а иллюзия улучшения ситуации. Да, кто-то доедет на работу на 5 минут быстрее. Но за эти минуты город может заплатить человеческими жизнями.

Сообщение В Ташкенте хотят поднять скорость до 80 км/ч. Почему это опасное и непродуманное решение появились сначала на Vaib.uz.

Она утверждает, что у неё есть свидетельство о рождении ребёнка, где в графе «отец» указан Кушербаев. По её словам, Кушербаев оправдывает отказ платить алименты наличием долгов, кредитов, другими детьми, а также тем, что мать «должна справляться сама».

Что известно по делу

Верховный суд прокомментировал эту ситуацию. Действительно, 26 июня 2025 года женщина обратилась в Яккасарайский межрайонный суд по гражданским делам Ташкента с требованием вынести судебный приказ о взыскании алиментов с Кушербаева на содержание их несовершеннолетней дочери.

28 июня суд удовлетворил заявление: с Кушербаева постановили взыскивать 1/4 всех видов его дохода ежемесячно с этой даты и до совершеннолетия ребёнка.

Однако 21 июля Кушербаев подал официальное возражение. По закону, если должник в течение 10 дней после получения копии приказа направит возражение в суд, этот приказ отменяется. Судья выносит определение об отмене и поясняет взыскателю, что теперь требование можно предъявить в обычном порядке — через полноценный судебный процесс.

В результате 23 июля суд удовлетворил заявление Кушербаева и отменил решение о выплате алиментов.

5 августа женщина снова подала иск о взыскании алиментов, но уже в исковом порядке. Дело приняли к производству, слушание назначено на 15 августа 2025 года в 16:00. В Верховном суде заявили, что дело будет рассмотрено по существу и решение будет «законным, обоснованным и справедливым».

Позиция Кушербаева

В интервью изданию Politik Кушербаев назвал происходящее шантажом, подчеркнул, что не нарушал закон, и заявил о намерении привлечь к ответственности тех, кто распространяет его персональные данные.

«Надеюсь, что в ближайшие дни будет возбуждено уголовное дело против основного фигуранта, который организовал всю эту историю, так как получены соответствующие заключения экспертизы, подтверждающие нарушение закона. Свои действия я основываю на законных решениях суда и соответствующих органов. Путь «шарлатанства» — это не мой путь», — сказал он.

Судебное разбирательство продолжается, и его итог может поставить точку в этой истории — либо стать началом нового витка конфликта.

Что дальше

В общем, история получилась громкой — как минимум потому, что она касается госчиновника, активно участвующего в общественной и политической жизни страны. В то время как суд обещает беспристрастность, общественность продолжает обсуждать не только юридическую, но и этическую сторону вопроса. Остаётся дождаться 15 августа, чтобы узнать, каким окажется решение суда.

Сообщение Алименты и обвинения в шантаже: что за история происходит вокруг Расула Кушербаева появились сначала на Vaib.uz.

По словам Кадырова, светский характер страны не вызывает сомнений.

«Светское государство предоставляет каждому возможность жить так, как он считает нужным, при условии, что он не нарушает законы, принятые избранным большинством парламентом и одобренные президентом», — отметил депутат.

Он подчеркнул, что приоритетом государства является создание условий, в которых все граждане, вне зависимости от национальности и мировоззрения, могут мирно и законно стремиться к благополучию. Все равны, и дискриминация недопустима.

«Если кто-то хочет выпить пива — это его выбор. Не хочет — тоже его выбор. И никто не обязан объяснять причину своего решения», — сказал Кадыров.

При этом он напомнил: употреблять алкоголь разрешено, но рекламировать — запрещено законом. Однако партия в парламенте, получившая большинство голосов, вправе изменить этот закон, сделав, например, алкоголь «национальной ценностью», а однополые браки — нормой как свободный выбор, если того захотят избиратели.

Концерт Лопес и права верующих женщин

Кадыров отметил, что концерт Дженнифер Лопес — коммерческое мероприятие, и если там не распространяют наркотики и не ведут антигосударственную агитацию, оно может проводиться. Певица сама решает, показывать ли свое тело, а смотреть на это или нет — выбор тех, кто купил билет. «Вот что значит светскость», — подчеркнул он.

Вместе с тем депутат заявил, что закон точно так же защищает и выбор женщин, предпочитающих закрытую одежду.

«Если мы признаем откровенные наряды частью светскости, давайте так же признаем и право на скромную одежду. Мы не указываем Лопес, как ей одеваться, и не должны учить верующих женщин, как повязывать платок. Тем более нельзя заставлять их снимать его для фото в паспорте. Требования идентификации предполагают, что открытым должно быть лицо, а не волосы. Проявим к верующим женщинам ту же терпимость, что и к Лопес», — отметил депутат.

В завершение Кадыров подчеркнул: «Светскость — это равное отношение к верующим и неверующим, а не право сильного учить слабого, как жить».

Сообщение Алишер Кадыров о светскости, пиве, платках и концерте Дженнифер Лопес появились сначала на Vaib.uz.

Однако пока местоположение будущего воздушного хаба держится в секрете. Это порождает логичный вопрос: если всё пока на стадии «концепции», насколько продуманы логистика и транспортная инфраструктура?

Ведь просто построить новый аэропорт — это полдела. Главное — обеспечить к нему удобный и быстрый доступ для тысяч пассажиров, которые ежедневно будут туда приезжать и оттуда уезжать. А с этим в Ташкенте традиционно непросто: пробки, нехватка общественного транспорта и слабая интеграция с пригородами уже ощущаются в районе действующего аэропорта, расположенного практически в центре города.

«Существующий аэропорт способен обслуживать до 11 миллионов пассажиров в год. Его пропускная способность — 17 взлётов и посадок в час. На перроне могут одновременно размещаться до 70 самолётов. Но несмотря на поэтапную реконструкцию и строительство новых терминалов, нагрузка всё равно продолжает расти», — отметил Умарходжаев.

Согласно прогнозам международных консультантов, к 2030 году пассажиропоток достигнет 15 миллионов человек. Это значит, что даже обновлённый аэропорт уже не справится с потоком. Кроме того, его расположение внутри города создаёт заторы, а плотная застройка ограничивает возможности расширения и манёвра воздушных судов.

Поэтому и было принято решение о строительстве нового аэропорта. На первом этапе он сможет обслуживать до 20 миллионов пассажиров в год, размещать до 169 самолётов одновременно и обеспечивать более 40 взлётов и посадок в час.

Однако вопросов по-прежнему больше, чем ответов. Где именно будет новый аэропорт? Будут ли туда построены современные скоростные трассы и железнодорожное сообщение, или пассажиры будут вынуждены добираться по раздолбанным дорогам и стоять в пробках?

И наконец — а что будет с действующим аэропортом? Его просто отдадут под застройку, как это уже бывало с ценными участками в центре? Или, может быть, власти прислушаются к общественности и создадут здесь масштабную зелёную зону, аналог Центрального парка в Нью-Йорке?

Поживём — увидим. Но уже сейчас ясно: если новый аэропорт — это необходимость, то продуманная транспортная логистика и городское планирование — жизненно важная часть этой идеи. И упустить её — значит повторить старые ошибки.

Сообщение В Ташкентской области планируют построить новый международный аэропорт. Но где — пока секрет появились сначала на Vaib.uz.