Больная тема. Как остановить сексуальное насилие в Узбекистане?

В последнее время в соцсетях и СМИ всё чаще появляются новости об изнасилованиях, убийствах, избиениях, сексуальных домогательствах и домашнем насилии. Такое ощущение, что страна погружается в какой-то страшный хаос, из которого нет выхода. Что это — обычный негатив, который нагнетают СМИ? Возможно, наше общество пока просто не до конца привыкло к такому количеству новостей о насилии после каримовских времён, когда везде была идеально вылизанная картинка.

Или это вышло на сцену то самое потерянное поколение? Ведь откровенно говорят, что за последние 30 лет в стране медленно уничтожали образование в школах и вузах, переводя его на рыночные рельсы. В результате мы получили людей с низкой грамотностью и отсутствием воспитания, для которых важны только удовлетворение собственных потребностей.

Возможно, у этой проблемы есть и другие, более серьёзные и глубокие корни. Редакция Vaib.uz попробовала разобраться и понять, как всем нам бороться с сексуальным насилием.

Нью-медиа и новое потребление контента

По мнению Ирины Матвиенко, гендерной экспертки, фемактивистки и основательницы проекта против насилия NeMolchi.uz, утверждать, что именно сейчас проблема усугубилась, сложно. Действительно, количество новостей на эту тему возросло, но важно понимать, что увеличение новостного потока связано с повышением общественного интереса к данной проблеме.

Ирина обращает внимание на то, что новые медиа радикально изменили способы распространения информации. Сегодня любой человек может создавать контент, который мгновенно распространяется, чего раньше не было. Механизмы создания и передачи новостей изменились, что может создавать иллюзию, будто в 70-е, 80-е или 90-е годы подобные случаи были редкостью. Однако при сравнении социального и медийного ландшафта тех времён с сегодняшним становится ясно, что изменения касаются скорее методов освещения проблемы, нежели её усиления.

Схожая позиция и у общественного деятеля и блогера Ислама Капарзо. По его словам, СМИ зачастую акцентируют внимание на негативных моментах, что объясняется их стремлением быть более привлекательными для аудитории. Известно, что люди острее реагируют на негатив, поскольку это связано с инстинктивной защитной реакцией. Человек воспринимает отрицательную информацию более глубоко, потому что его подсознание направлено на сохранение и защиту от опасностей.

«Исходя из моего жизненного опыта, прожившего советский период, времена Каримова и нынешние, могу сказать, что острота проблем никогда не исчезала. Она всегда присутствовала, просто временами становилась менее заметной, а временами обострялась», — отмечает он.

Лиана Натрошвили, психолог-сексолог, специалист по работе с последствиями насилия, отмечает, что сейчас случаи насилия просто стали более заметными. Однако важно понимать, что даже при увеличении огласки реальное количество случаев насилия может быть значительно выше, чем зарегистрировано. По данным международных организаций, каждая четвёртая женщина в мире сталкивалась с сексуализированным насилием, и это далеко не свежая статистика. Проблема не ограничивается только женщинами – значительное количество мужчин также подвергались насилию, особенно в детстве и подростковом возрасте.

Феруза Иззат, преподаватель Педагогического университета Анталии (Турция), активистка, выступающая за права женщин, отметила, что в Узбекистане долгое время было не принято открыто говорить о проблеме насилия.

«Насилие замалчивалось, обсуждения велись в узком кругу, часто сводясь к шепоту, и оставались в тени. Сегодня ситуация начала меняться благодаря активному использованию социальных сетей, широкому обмену информацией через интернет и, главным образом, потому что жертвы всё чаще перестают скрывать свои переживания, открыто говоря о них. Это способствует тому, что общество постепенно учится правильно реагировать на такие ситуации», — сказала Феруза Иззат.

Однако, по словам экспертки, в некоторых случаях всё ещё присутствует victim blaming — когда виновными пытаются выставить жертв. Положительным моментом является то, что всё больше людей начинают осознавать важность мудрой оценки ситуации и выступают против насилия.

Борьба с насилием: есть результаты?

Насилие – это форма злоупотребления властью, когда один человек или группа людей использует физическое, психологическое, экономическое или сексуальное насилие для контроля над другим.

В Узбекистане жертвы физического и сексуализированного насилия часто оказываются беззащитными из-за стереотипов. К примеру, один из них звучит так: проблемы внутри семьи не должны выноситься на всеобщее обозрение. Поэтому многие женщины и родители детей, подвергшихся насилию, предпочитают молчать, боясь осуждения или ещё больших преследований. По мнению опрошенных нами экспертов, статистика по насилию в Узбекистане на 38 миллионов человек, проживающих в стране, не выглядит катастрофической. Но это лишь данные по делам, в которых жертвы насилия дошли до судов. Реальная картина неизвестна.

«Я, как психолог-сексолог, часто сталкиваюсь с тем, что большинство людей, переживших насилие, не обращаются в правоохранительные органы. Они делятся своим опытом лишь с близкими или специалистами, такими как я. Это значит, что множество случаев остаются вне официальной статистики», — отметила Лиана Натрошвили.

В апреле 2023 года президент Узбекистана подписал поправки в законодательство о защите прав и свобод женщин и детей, которые в том числе криминализировали домашнее насилие, а также ввели санкции за сексуальные домогательства. По итогам прошлого года в Узбекистане по новым статьям о семейно-бытовом насилии суды привлекли к ответственности 9131 человека.

По статье «семейное (бытовое) насилие» Кодекса об административной ответственности были привлечены к ответственности 8928 лиц, из которых 5229 получили штраф, 3699 – административный арест. А по статье «семейное (бытовое) насилие, совершенное повторно или с отягчающими обстоятельствами» Уголовного кодекса были осуждены 203 человека, из них 59 приговорены к лишению свободы, 144 получили наказания, не связанные с лишением свободы.

В конце сентября 2024 года проект против насилия Nemolchi.uz представил данные Верховного суда Узбекистана за первые 8 месяцев по статье “Сексуальное домогательство”. За прошедший период было осуждено 1156 человек. Напомним, что за 12 месяцев 2023 года эта цифра составила 666 человек.

Эта статистика вызывает беспокойство в обществе. С одной стороны – выросло количество дел по статьям о насилии и домогательствах, с другой – люди видят, что большинство нарушителей отделываются небольшим штрафом или административным арестом на срок до пяти суток.

Исходя из этого, складывается печальная картина. Жертвы насилия, которые обратились в суды и доказали вину человека или людей, совершивших насилие, теперь заведомо знают, что насильник может отделаться штрафом. А для жертв насилия во всей этой судебной истории важен результат – виновник должен понести наказание за содеянное.

Феруза Иззат также отмечает, что в обществе и особенно в интернете сформировалась тенденция к реакциям только на резонансные случаи. Об этих происшествиях активно говорят, происходят бурные обсуждения, подключаются государственные органы, запускаются расследования, но общество быстро переключает своё внимание на следующее громкое событие. В результате часто упускается из виду главный итог – что особенно важно для пострадавших, которым нужен не шум, а реальное разрешение их проблем.

«Многие жертвы, столкнувшиеся с насилием, не обращаются в правоохранительные органы, потому что бытует мнение: обращение за помощью в органы превратится в очередное испытание! С этим также следует работать. Женщины и мужчины, пережившие насилие, — это очень уязвимая категория людей, и к ним нужно относиться с особой осторожностью и вниманием», – считает Лиана Натрошвили.

В ходе нашей беседы с экспертами стало ясно, что проблема насилия куда глубже, чем кажется на первый взгляд. Это – многослойная, болезненная рана, пронизывающая всё общество. Насилие не ограничивается только физическими или эмоциональными травмами, оно прорастает в слабой правовой системе, глубоко укореняется в социально-экономической несправедливости и питает свои корни на культурных установках, которые слишком часто закрывают глаза на агрессию. Мы видим, как жестокость становится нормой, как её оправдывают или попросту игнорируют — будь то в семье или в обществе. Эта реальность шокирует и требует не просто поверхностных изменений. Если мы действительно хотим что-то изменить, необходимо не только обновлять законы, но и пересмотреть саму систему ценностей и взгляды людей. Только так можно сдвинуть ситуацию с мёртвой точки и дать надежду на будущее без насилия.

Объективация женщин

Ирина Матвиенко рассказала, что одно из ключевых явлений, способствующих распространению насилия, – это объективация женщин. Объективация происходит, когда женщина воспринимается не как независимая личность с собственными правами, а как объект, чья ценность заключается лишь в выполнении определённых социальных ролей. В современном обществе это роли, связанные с сексуализацией, угождением мужчине и окружающим, вознесением определенных стандартов красоты, материнством, домашними обязанностями, заботе о членах семьи, тогда как мужчины освобождаются от подобной ответственности.

Ирина подчёркивает, что объективация женщины усиливается, когда она становится матерью, и её личность теряет всякую ценность за пределами семьи. В результате такая женщина воспринимается лишь через призму её обязанностей перед семьёй. Это, в свою очередь, ведёт к дегуманизации и создаёт почву для насилия, когда её права как личности игнорируются.

Более того, если говорить о культурных стереотипах, женщина, не вступившая в брак или потерявшая девственность, также теряет свою субъективность. Она рассматривается как нечто «дефектное» по сравнению с так называемыми «идеальными» женщинами, которые соответствуют этим стандартам. Это схоже с тем, как мы воспринимаем повреждённые товары — как что-то, что потеряло свою ценность из-за физического дефекта. Точно так же культ девственности делает женщину объектом, чья ценность измеряется лишь одной характеристикой, в то время как её личностные качества игнорируются.

Сама по себе объективация женщин, по мнению экспертки, проявляется в том, что их воспринимают как тех, кто должен угождать: будь то мужу, детям или обществу. Их желания и стремления зачастую не берутся в расчёт, или же эти желания формируются под влиянием социальных ожиданий. Пока женщина воспринимается как приложение к мужчине, к кухне или к детям, она не может быть полноценной личностью.

«С одной стороны, в нашем обществе активно продвигается культ семьи. Постоянно говорят о том, как важна семья, и в этом нет ничего плохого. Для многих людей, как и для меня, семья – это опора и поддержка, важнейший элемент жизни. Однако вопрос заключается в том, какая именно модель семьи продвигается? Мы говорим о «ячейке общества», но должна ли сохраняться семья, где присутствует насилие?» – задаётся вопросом Матвиенко.

Она считает, что сейчас важно обсуждать не только ценность семьи, но и её качество. Государство акцентирует внимание на необходимости сохранения семей, но почти не говорит о том, какими должны быть отношения внутри семьи, о взаимоуважении и безопасности. В медиа и на телевидении часто обсуждают такие вопросы, как «имеет ли муж право бить жену», что само по себе ужасно, потому что такие вопросы узаконивают насилие. Вместо того чтобы продвигать здоровые модели семейных отношений, мы видим, как насилие становится частью общественного дискурса.

Законодательство также играет свою роль в сложившейся ситуации. Например, в постановлении Пленума суда указано, что судья может отказать в разводе, если не видит «весомых» причин для этого. Конфликты или взаимное нежелание супругов жить вместе не считаются достаточным основанием.

Ещё один фактор – это экономика. Женщины часто сталкиваются с серьёзными трудностями после развода. Во многих случаях они не имеют прав на жильё, не могут обеспечить себя и детей. Государство не предоставляет адекватных программ социальной поддержки или доступного жилья, что ещё больше усложняет ситуацию.

Кроме того, женщины часто лишены возможности самостоятельно принимать решения, потому что их воспитание основано на идее, что сначала ответственность за них лежит на родителях, а затем на мужьях. В таких условиях, когда женщина, например, остаётся с несколькими детьми, без образования или работы, она становится крайне уязвимой. И если государство упростит процесс развода, оно должно будет предоставить этим женщинам и их детям жильё и другие виды поддержки, что требует значительных ресурсов.

Нужно учитывать, что женщины, воспитывающие детей, вносят колоссальный вклад в общество и государство. Они рожают и воспитывают людей, которые будут строить будущее – от политиков до работников всех отраслей. Однако этот труд часто не признаётся, и женщины оказываются в сложных ситуациях, не получая заслуженной поддержки.

В итоге экономика, традиции и культурные стереотипы создают замкнутый круг, в котором женщины оказываются в ловушке объективации, отсутствия прав и возможностей.

Агрессия и триггеры из детства

Лиана Натрошвили выделяет несколько причин возникновения насилия. Прежде всего, это общий уровень агрессии в обществе, который во многом обусловлен экономическими трудностями, быстрым ростом населения и глобальными кризисами. Люди ежедневно сталкиваются с потоками негативной информации, что усиливает их чувство беспомощности и фрустрации. Если человек не умеет справляться с этими эмоциями, они могут проявляться в виде агрессии, чаще всего направленной на женщин и детей, которые воспринимаются как «безопасные» мишени.

Кроме того, насилие часто укореняется в культуре как способ решения конфликтов. Это проявляется с раннего возраста, когда детей наказывают физически или эмоционально. Взрослея, люди переносят этот паттерн в свои отношения — будь то в семье, на работе или в других социальных взаимодействиях.

Ещё один важный аспект – это влияние порнографии. Она часто нормализует насилие и дегуманизирует женщин, распространяя извращённые представления о сексуальных нормах. Многие мужчины, особенно молодые, растут, потребляя этот контент, и, в результате, их представления о допустимом и нормальном в сексуальных отношениях смещаются, что также может способствовать проявлениям насилия.

Усиление сегрегации

По мнению Ферузы Иззат, в последние годы в Узбекистане усиливается сегрегация между мужчинами и женщинами. Молодёжь часто не знает, как правильно строить взаимодействие с противоположным полом. Более того, распространяется восприятие женщины как объекта для удовлетворения сексуальных потребностей.

Иногда этому способствует и неправильное толкование религиозных взглядов, хотя религия не призывает к полному разделению мужчин и женщин. В то время, когда зарождался ислам, мужчины и женщины были полноценными членами общества, общались, торговали и принимали совместные решения в определённых рамках этики. Потом отношение к женщине изменилось и их начали постепенно отделять от общества. В результате сегрегация, доведенная до крайности, по мнению эксперта, может стать причиной возникновения негативных ситуаций.

Экспертка подчёркивает также важность воспитания мальчиков в духе уважения к женщинам и их праву на безопасную жизнь. Любая религия осуждает жестокость и призывает к справедливости, напоминая, что мольба угнетённого никогда не остаётся без ответа.

Бездуховность и отсутствие идеологии

По мнению Ислама Капарзо, увеличение жестокости среди людей — это глобальная тенденция, не ограниченная Узбекистаном. Это связано с потерей духовных ценностей.

«Бездуховность – это глобальная проблема. Люди становятся более ориентированными на материальные блага, забывая о таких базовых человеческих качествах, как уважение, сострадание и милосердие», – подчёркивает Ислам Капарзо.

По его словам, образование, конечно, имеет значение, но важно и то, кто его преподаёт и какие предметы считаются приоритетными. Духовность у каждого проявляется по-разному, и если государство не формирует чёткую политику в этой области, то возникает серьёзная проблема с идеологией. Отсутствие идеологии мешает выстроить правильную стратегию развития общества. Сегодня этика как предмет практически отсутствует, её заменяют религиозные увлечения, однако религия часто воспринимается поверхностно – как набор обрядов, а не как источник духовного роста. Это происходит из-за недостатка образования и духовной грамотности на всех уровнях.

Кроме того, потеря приоритетов и ценностей в жизни приводит к тому, что люди становятся готовы переступать через других ради быстрой наживы. Это, в свою очередь, усиливает жестокость в обществе, считает Капарзо.

Решить эти проблемы можно лишь с помощью чёткой государственной политики, направленной на воспитание базовых человеческих принципов. Уважение к женщинам, другим людям, животным и природе — всё это связано с идеологией. Когда государство не понимает, что такое духовный рост и человечность, оно не может построить сильное общество. Идеология должна быть понятной и глубокой, включающей в себя духовные ценности. Без неё общество будет метаться от одной крайности к другой, между радикализацией и олигархией.

«Отсутствие внятной идеологии порождает все те негативные тенденции, которые мы наблюдаем в мире сегодня», – подытожил эксперт.

Важность полового воспитания

Борьба с насилием на самом деле требует комплексного подхода на всех уровнях общества. По мнению практически всех опрошенных экспертов, искоренение культуры насилия — это процесс, который должен начинаться буквально с первых шагов жизни человека и сопровождать его на всех этапах взросления. Здесь очень важна системная работа через образование и воспитание, включая социальную рекламу, детские сады, школы и работу с родителями.

«Мы должны на каждом этапе объяснять, что насилие недопустимо. Родителей нужно учить, как правильно воспитывать детей без насилия, потому что у многих просто нет альтернативных знаний. Не у всех есть доступ к психологам или педагогической литературе, поэтому подобное просвещение должно быть доступным через СМИ и систему образования», – считает Лиана Натрошвили.

Однако СМИ и образовательная система сами не активизируют этот процесс, поэтому снова нужен «заказчик» в лице государства, которое запустит эти программы.

Уже не первый год в Узбекистане говорят о введении уроков полового воспитания в детских садах и школах, но на практике они до сих пор не реализованы. Лишь изредка в классы приходят медсестры и проводят уроки, на которых детям задают неудобные вопросы, а потом они смеются, пересказывая, как в XXI веке проходят уроки полового воспитания.

По мнению Ирины Матвиенко, половое воспитание в обществе демонизируется. Экспертка объясняет, что половое воспитание в мире адаптировано под возраст детей, под социально-культурные особенности той или иной страны. Важно понимать, что половое воспитание направлено на обучение их личным границам, правилам безопасности и пониманию собственного тела, а не на раннее обучение сексуальным отношениям. Это обучение помогает детям осознавать границы, уважать своё тело и своевременно сообщать о нежелательных контактах.

«Сексуальное просвещение, которого часто не хватает людям, вроде как противоречит традиционным взглядам у нас в стране, но оно абсолютно необходимо. Образованный человек, независимо от пола и возраста, будет более внимателен к себе и к окружающим. Запреты не решат проблему, но просвещение и объяснение помогут людям разобраться, что именно в этом вредоносно», — добавляет психолог-сексолог Лиана Натрошвили.

Она также отмечает, что важным шагом на пути к изменению ситуации станет принятие стандартов и гайдлайнов, а также обучение специалистов, работающих с проблемами насилия на всех уровнях. Да, это потребует больших финансовых вложений и времени, но только через комплексное просвещение и установление стандартов взаимодействия общество сможет преодолеть текущую культуру насилия.

Автор: Шахноза Турабекова